Все равно - он иным отелится Солнцем в наш русский кров. Все равно - он спалит телением, Что ковало реке брега. Разгвоз..
96] суждение не будет ложным: Бог желает того, чего он не желает; но ложность такого суждения превосходит всякую меру. А то, что сказанное нами есть истина, я разъясняю так...
.. Воспоминания Керн... И какую-нибудь популярную брошюру о вреде алкоголя. - Знаете, я столько читал о вреде алкоголя! Решил навсегда бросить... читать...
Смотрите также:
Рэй Бредбери хочет полететь на Марс
С.Бережной. Живые машины времени, или Рассказ о том, как Брэдбери стал Брэдбери
Кена Келлі. інтерв\'юз Реєм Бредбері (украинский)
Биографическая статья (Wikipedia)
Философский характер фантастики Р. Брэдбери
Роман Р. Брэдбери 451° по Фаренгейту
Безниско Н.А.Своеобразие концепции гуманизма в рассказах Рэя Брэдбери и Антона Павловича Чехова.
Вы читаете «Чудесный костюм цвета сливочного мороженого», страница 1 (прочитано 0%)
«Ветер», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Воронья стая», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Время, вот твой полет», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Выпить сразу против безумия толп», закладка на странице 10 (прочитано 82%)
«Диковинное диво», закладка на странице 10 (прочитано 75%)
«Жилец из верхней квартиры», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Здравствуй и прощай», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Золотоглазые», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Золотой змей, серебряный ветер», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Золотые яблоки Солнца», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«И все-таки наш...», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«И камни заговорили...», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Как умерла Рябушинская», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Каникулы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Капелька нетерпимости», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Карлик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Конец начальной поры», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Коса», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Кукольник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Луг», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Лучезарный Феникс», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Маленький убийца», закладка на странице 10 (прочитано 69%)
«Мгновение в лучах солнца», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Может быть, мы уже уходим», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Наказание без вины», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Нечто необозначенное», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«О скитаньях вечных и о Земле», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Огромный-огромный мир где-то там», закладка на странице 10 (прочитано 90%)
«Око за око», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Орудия радости», закладка на странице 10 (прочитано 90%)
«Пешеход», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Подмена», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Попрыгунчик в шкатулке», закладка на странице 10 (прочитано 82%)
«Почти конец света», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Превращение», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Разговор оплачен заранее», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Рассказ о любви», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ржавчина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сахарный череп», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Секрет мудрости», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Семейный алтарь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Смерть и дева», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Солнце и тень», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Спустись в мой подвал», закладка на странице 10 (прочитано 82%)
«Убить полюбовно», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Улыбающееся семейство», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Урочный час», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Уснувший в Армагеддоне», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Фрукты с самого дна вазы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Чертово колесо», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
На город опускались летние сумерки. Из дверей бильярдной, где мягко
постукивали шары, вышли трое молодых мексиканцев подышать теплым вечерним
воздухом, а заодно и поглядеть на мир. Они то лениво переговаривались между
собой, то молча смотрели, как по горячему асфальту, словно черные пантеры,
скользят лимузины или, разбрасывая громы и молнии, проносятся трамваи,
затихая вдали.
- Эх, - вздохнул Мартинес, самый молодой и самый печальный из троих. -
Чудесный вечер, а, ребята? Чудесный...
Ему казалось, что в этот вечер мир то приближается к нему, то снова
отдаляется. Снующие мимо прохожие вдруг оказывались словно на
противоположном тротуаре, а дома, стоящие на расстоянии полумили, вдруг
низко склонялись над ним. Но чаще люди, машины, дома были где-то по ту
сторону невидимого барьера и были недосягаемы. В этот жаркий летний вечер
лицо юного Мартинеса застыло, словно скованное морозом.
В такие вечера хорошо мечтать... мечтать о многом...
- Мечтать! - воскликнул тот, которого звали Вильянасул. У себя в
комнатушке он вслух громко читал книги, но на улице всегда говорил почти
шепотом. - Мечтать - это бесполезное занятие безработных.
- Безработных? - воскликнул небритый Ваменос. - Вы только послушайте! А
кто же мы, по-твоему? У нас ведь тоже нет ни работы, ни денег.
- А значит, - заключил Мартинес, - нет и друзей.
- Это верно. - Взгляд Вильянасула был устремлен в сторону площади, где
тихий летний ветерок шевелил кроны пальм. - Знаете, чего бы мне хотелось?
Мне хотелось бы пойти на площадь, потолкаться среди деловых людей,
побеседовать с теми, кто приходит туда по вечерам, чтобы поговорить о делах
на бирже. Но пока я так одет, пока я бедняк, они не станут со мной
разговаривать. Ничего, Мартинес, зато у нас троих есть дружба. А дружба
бедняков - это что-нибудь да значит. Это настоящая дружба... Мы...
В эту минуту мимо прошел красивый молодой мексиканец с тонкими усиками;
на каждой руке у него повисла хохочущая девица.
- Madre mia! - хлопнул себя по лбу Мартинес. - А как вот этому удалось
подцепить сразу двух подруг?
- Ему помог его красивый белый костюм. - Ваменос грыз свой грязный
ноготь. - Видать, он из ловкачей.
Прислонясь к стене, Мартинес провожал взглядом хохочущую компанию. В
доме напротив открылось окно четвертого этажа, и из него выглянула красивая
девушка; ветер ласково заиграл ее черными волосами. Мартинес знал эту
девушку вечность: целых шесть недель. Он кивал ей головой, он приветственно
поднимал руку, улыбался, подмигивал, даже кланялся ей на улице или когда,
навещая друзей, встречал ее в вестибюле дома, в городском парке, в центре
города.
Тем временем:
..... Наши страстные мечты о Суходоле были понятны. Для нас Суходол
был только поэтическим памятником былого. А для Натальи? Ведь это она, как
бы отвечая на какую-то свою думу, с великой горечью сказала однажды:
-- Что ж! В Суходоле с татарками за стол садились! Вспомнить даже
страшно.
-- То есть с арапниками? -- спросили мы.
-- Да это все едино-с,-- сказала она.
-- А зачем?
-- А на случай ссоры-с.
-- В Суходоле все ссорились?
-- Борони бог! Дня не проходило без войны! Горячие все были -- чистый
порох.
Мы-то млели при ее словах и восторженно переглядывались: долго
представлялся нам потом огромный сад, огромная усадьба, дом с дубовыми
бревенчатыми стенами под тяжелой и черной от времени соломенной крышей -- и
обед в зале этого дома: все сидят за столом, все едят, бросая кости на пол,
охотничьим собакам, косятся друг на друга -- и у каждого арапник на коленях:
мы мечтали о том золотом времени, когда мы вырастем и тоже будем обедать с
арапниками на коленях. Но ведь хорошо понимали мы, что не Наталье доставляли
радость эти арапники. И все же ушла она из Лунева в Суходол, ^источнику
своих темных воспоминаний. Ни своего угла, ни близких родных не было у ней
там; и служила она теперь в Суходоле уже не прежней госпоже своей, не тете
Тоне, а вдове покойного Петра Петровича, Клавдии Марковне...
