Што у нас есть? Солома, плетень да навоз. А сказано, что бедность -- болезнь и непорядок, а не норма. -- Ну и што ж?-- спрашивали мужики.-- А как же иначе? Дюже ты умен стал...
"Праматерь", вышедшая из среды "трагедий рока", переросла эту среду и породнилась с такими творениями, как "Падение дома Эшер" Э...
Где теперь, как нас мудрец наставил, Мертвый шар в пространстве раскален, Там в тиши величественной правил Колесницей светлой Аполлон...
Смотрите также:
С.Бережной. Живые машины времени, или Рассказ о том, как Брэдбери стал Брэдбери
Рэй Бредбери хочет полететь на Марс
Биографическая статья (Wikipedia)
Рэй Брэдбери как кривое зеркало прогресса
Роман Р. Брэдбери 451° по Фаренгейту
Философский характер фантастики Р. Брэдбери
Безниско Н.А.Своеобразие концепции гуманизма в рассказах Рэя Брэдбери и Антона Павловича Чехова.
«Апрельское колдовство», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Диковинное диво», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Лазарь, восстань!», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Морская раковина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Огромный-огромный мир где-то там», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Песочный человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Поиграем в отраву», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Здравствуй и прощай» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 7) Также вы можете получить: |
Тем временем:
.....
А между тем уже догорает короткий день; встали лиловые тучи с запада,
солнце ушло в них, и наступает тихий, зимний вечер. Над посиневшими снегами
залегает к востоку морозная мгла ночи. Сливается с нею вдали снежная дорога,
и мертвое молчание царит над степью. Только полозья тихо скрипят по снегу, и
задумчиво позванивает колокольчик: лошади идут шагом. Овсянки бесшумно
перелетают перед ними по дороге... Мужик на розвальнях пристал за нами
где-то на перекрестке, и заиндевевшая морда его шершавой, низенькой и
бокастой лошадки, которая трусит рысцой за нашими санями, равномерно дышит
теплым паром в мой затылок.
- Не наезжай! - раздается иногда голос нашего кучера среди мертвого
молчания поля.
И мужик тоже что-то покрикивает, соскакивает на раскатах и снова
бочком, на бегу, вваливается в свои дровни.
А кругом все темнеет и темнеет, и уже ночью въезжаем в знакомое село.
Ночь темная, но звездная; мелкие звезды содрогаются острыми синими
огоньками, крупные блещут переливчатым блеском разноцветных камней. На селе
еще краснеют кое-где оконца в смутно чернеющих избах... В чистом, морозном
воздухе звонко отдаются скрип порот или лай собачонки...
И чувство глубокого довольства и покоя наполняет душу, когда, наконец,
медленно въезжаешь на сугроб перед крыльцом освещенного и теплого
"деревенского домика!
II
- Но где же весна-то? - спросите вы.
А разве не весеннее радостное чувство наполняло душу на весь этот
веселый, солнечный день нашего путешествия в деревню? Разве не с весенним
чувством открывал я глаза, проснувшись на другое утро в детской?
В больших комнатах нашего старинного дома с утра всегда стоял синий
полусумрак. Это оттого, что дом был окружен садом, а стекла окон сверху
донизу зарисовал мороз серебряными пальмовыми листьями, перламутровыми,
узорчатыми папоротниками. Еще до чаю я успевал обегать все комнаты,
осмотреть все эти рисунки, сделанные морозом за ночь, и даже - побывать в
сенцах, где стоят лыжи...
